- Тебя бы следовало назвать Лилит.
- А тебя - Иудой.

Ив смеется неприятно и жестко, у Эндрю зубы сводит от этого звука. Из всех многочисленных родственников они общаются только друг с другом, Ив говорит "заходят священник и сутенерша в бар", Эндрю говорит "замолчи" и заказывает еще пинту пива. Они часто молчат о том, что привело их друг к другу и связало крепче, чем обещание Господу. Еще чаще - спорят о религии и о том, что значит быть праведником.

Ив - королева блудниц, знаменитость Уайтчепела, пошла по головам и оказалась наверху, пошла ва-банк и не пожалела. Она не сердобольная матушка и хочет казаться прагматичной, дескать, плевать мне на людей, товар есть товар и я не хочу чтобы его попортили [и сама не прочь дать в глаз тому, кто нарушает правила]. Она адепт всего, что написано: договоры с ней скрепляются не кровью, а шариковой ручкой, но от этого почему-то ничуть не проще. Она знает Евангелие от Матфея наизусть, но Эндрю всегда больше нравилось от Луки.

- Какого хрена ты с ним наделал? Забирай своего мальчишку обратно!
- Но я ничего...
- Меня, нахрен, не интересуют ваши половые проблемы. Забирай своего щенка и чтобы на своем пороге я его больше не видела.

Она пригрела Адама, едва ему исполнилось шестнадцать - пацану нужны были деньги, и у него была подходящая внешность. То же сделал и Эндрю, заботясь не о теле, но о спасении его души. Возможно, их стоило бы назвать в честь ангела и демона, а не первой женщины и апостола, потому что они оба сидят на плечах Адама и тянут каждый в свою сторону. До тех пор, пока он не ломается окончательно - и, обнаружив это, каждый из них винит себя.

---

Она может быть ведьмой в денайле, я не против, но на эту тему надо будет пошушукаться. В остальном же - полная свобода воли, можешь себе придумать хоть целую мафиозную ветку, я буду только за. О том, почему Эндрю и Ив на самом деле общаются, предлагаю подумать вместе - в моей голове Ив все еще довольно религиозна, но находит смысл Писаний и догматов совсем не в церкви.

NEVILLE LONGBOTTOM
ryan gosling / 50 / чистокровный
ПРЕПОДАВАТЕЛЬ ТРАВОЛОГИИ
Невилл прошел огромный путь, прежде чем осознать, что он не герой. Ему вполне достаточно спокойно жить и заниматься своими делами, не впутываясь в политику или истории о спасении мира. Преподавательская стезя очень ему подходит: Лонгботтом чувствует себя комфортно, рассказывая об очередном цветке и гуляя по знакомым с детства лестницам, а его внутреннего лидера вполне устраивает роль декана факультета.
Когда мир рушится, он снова обращается к растениям - и детям. И с теми, и с другими ему проще, чем с взрослыми.

RACHEL COOKE
olivia swann / 38 / магглорожденная
ПРЕПОДАВАТЕЛЬ НУМЕРОЛОГИИ
Рейчел всегда любила математику. Мать всех наук — так говорил ее отец, физик-теоретик. Попав в Хогвартс, она не растерялась, ведь если волшебство существует, его тоже можно изучить, измерить и вывести правила. Поэтому нумерология. Поэтому попытка научить новые поколения всему, что она успела узнать. Наука — это непрерывный процесс, и он должен продолжаться.
Она убеждена, что у чистокровных волшебников проблемы с логикой — иначе почему на ее предмете высшие баллы стабильно получают магглорожденные?

GARETH GREENGRASS
erik bogosian / 71 / чистокровный
БИБЛИОТЕКАРЬ
О его жизни по всей Школе разносится много слухов, большую часть из которых он сам же и запустил. Говорят, раньше Гарет был Невыразимцем, но настолько жаждал запретных знаний, что его выгнали оттуда. Говорят, он ищет в Хогвартсе какую-то древнюю книгу, и ради возможности обыскать всю библиотеку взял над ней шефство. Говорят, даже сами Гринграссы не в курсе, кем он им приходится. Гарет обожает все эти слухи, и с удовольствием промывает косточки как коллегам, так и нерадивым школьникам.
Он старый, злобный, вредный дед, который терпеть не может детей. Но как же он хорош в дуэлях!

SAMANTA BLAKE
cate blanchett / 55 / оборотень
ПРЕПОДАВАТЕЛЬ ЗАКЛИНАНИЙ
В списке крашей школьников всех возрастов профессор Блейк вот уже который год занимает почетное первое место. Она строгая, но одевается в яркие мантии, заваливает кучей домашки, но не стесняется давать смешные прозвища ученикам. В преподавательском составе держится поодаль от новичков, и многие уверены, что раскрыться по-настоящему она может только за стаканом огневиски. Она была первой, кто запаниковал и устроил разговор с директором, когда в Хогсмид ввели пропускной режим.

SEAMUS FINNIGAN
shawn ashmore / 51 / полукровный
ПРЕПОДАВАТЕЛЬ ЗОТИ
Проклятие Финнигана оказалось сильнее проклятия ЗоТИ — он до сих пор считает, что просто взорвал что-то нужное. После работы в аврорате, заповеднике на Гебридах и частном сыске он снова появился на пороге Хогвартса, и занимает эту должность уже больше пяти лет.
Что может быть смешнее для ирландского волшебника, чем разъединение Британии? Для него никогда не было проблемой жить в обоих мирах, и сейчас он просто наблюдает за хаосом со стороны.

На момент марта 2030 года Эддвин Роул мертв. Как? Вроде бы, слабое здоровье подкосило. Он так страдал из-за [смерти] пропажи своего старшего сына, что со временем стал совсем сдавать. Все наследие, которое ему удалось сохранить, перешло его младшему сыну, который принял свою единокровную сестру, родившуюся вне брака, и разделил деньги между ними поровну.

Да, Эда и ЭмДжей убили своего отца. Но он был полным говнюком, так что плакать о нем не будем. Давайте сконцентрируемся оба вот на чем: эти оба - та еще пороховая бочка. У них обоих есть расстройство личности, которое движется к психопатии. ЭмДжей слабо распознает в людях личности и методично учился вести себя в обществе, потому что ему это не дано. Из всех он действительно проявляет эмпатию только к своей сестре и своему лучшему другу, за которым любопытно наблюдать. Характер Эды всю жизнь подавлялся гиперопекающей, но в то же время холодной матерью, из-за чего она не способна нормально проявлять эмоции, при этом сама по себе она довольно чувствительна.

Как это связано со мной?
Эдуафора работает в магазине Уэйда с 2026 года, это первое и единственное место работы, куда ее вообще взяли с такой фамилией. Она хороший артефактолог и неплохой продажник, и сейчас, из-за политической активности Дурсля, магазин на бумагах записан на нее. За четыре года они стали довольно хорошими друзьями, которые крепко держатся друг за друга, но у Уэйда совершенно неправильное представление об Эдуафоре, в частности, он считает ее неспособной на убийство.
ЭмДжей пробрался в Министерство, пользуясь знакомствами брата и слезливой историей о том, как он страдает из-за кончины брата. За несколько лет он умудрился из младшего клерка дальнего отдела стать личным помощником парламентария (моего твинка).

"Магия, род и узы рода сильнее любых чувств, которые можно только представить. Я жалею, что покинул тебя, но и жалел бы - что остался. Думаю хорошо, что я на тебе не женился. Если бы я не ушел тогда от тебя, ничего бы из меня не получилось".
Артур всегда жил в прерогативе того, что статус семьи важнее счастья отдельных ее членов. Блишвики очень ревностно относились к крови и репутации, из-за чего любые попытки нарушить оба института жестко пресекались и порицались. Артур и не думал никогда, что он может даже попытаться нарушить эти правила. Его даже не смущало, что в этой системе существует младший брат, обделенный магическими способностями. Исключения же подтверждают правила? Ну и что, что он пошел в Хогвартс, как и все из семьи, а брат остался на домашнем обучении. Ну и что, что он летал на метле лучше всех в команде по квиддичу, а его брат учился сдавать на права. Исключения подтверждают правила.

Все изменилось в его 23 года. Он строил блестящую карьеру в Министерстве, иногда не гнушаясь идти по головам. Все, лишь бы возвысить статус собственной семьи, наследником которой он являлся. Все, лишь бы жить как можно лучше. И тут внезапная и случайная встреча с девушкой перевернула все с ног до головы.

Девушка была магглой, но это ее не портило. Бойкий итальянский нрав, кудрявые волосы и сверкающие глаза покорили Артура до сведенной селезенки. Их общение быстро перетекло в романтическую плоскость, Артур был влюблен как кот, и обожал в Джози все на свете. Все постулаты семьи были посланы куда подальше, ведь счастье - вот оно, прямо на ладони! Они быстро заговорили о свадьбе, Артур перезнакомился со всем огромным семейством Марчетти. Беременность Джози стала определяющей точкой, после которой Артур решил рассказать все семье и добиться брака.

Правда, из этого совсем ничего не вышло. Тяжелый и жаркий спор с отцом закончился ультиматумом - или Артур бросает любые связи с магглами и забывает об этой сумасшедшей влюбленности, или он исключается из рода. Другого не дано. Артур выбрал род, а не любовь. Он ни слово не сказал на прощание Джозиане - просто не вернулся в тот день, когда она его ждала. Любовь была забыта, пусть и с трудом.

Новой любовью Артура стала работа - он продолжил взбираться по карьерной лестнице, женился на какой-то девушке, которую одобрил род, даже завел себе несколько отпрысков. И все бы хорошо, только вот...

Кто эта женщина, которая так сильно добивается с ним встречи? И почему она утверждает, что является его дочерью?

Привет, пап! Я тот ребенок, которого ты заделал маггле и слинял! Мама, кстати, тебя ненавидит. Не хочешь познакомиться поближе? Очень уж мне интересно, как жил человек, который бросил нас. Хотя, по твоему внешнему виду могу сказать, что жил ты очень хорошо.

"Господи, я столько раз представляла себе эту нашу встречу, столько слов всяких придумывала. А встретились - и сказать нечего. Думаю хорошо, что ты на мне не женился. Если бы я не обожглась так сильно, ничего бы из меня не получилось".

Джозиана Марчетти - настоящий матриарх своей семьи. Воспитанная в многочисленном семействе итальянских мигрантов, она всегда знала чего хочет. И всегда этого добивалась. Хваткая, бойкая, за словом в карман не лезет - и при этом невозможно кроткая, когда ей это нужно.

Ее любили все. Такое часто случается, когда ты самая младшая сестра среди мужественных и крепких братьев. И на этой благодатной почве из Джози выросла уверенная в себе дама, которая никогда не сдается. Владеющая языком, как саблей, она бросалась на любую преграду - будь это достижение каких-то целей или же победа над соперником. Но самая главная битва, проигранная ей, все же была. Этой битвой стала любовь.

Когда ей было всего 19 и она училась финансам в колледже, ей посчастливилось (или же нет?) налететь на чрезвычайно обаятельного и такого красивого мужчину, в которого она сразу же влюбилась. Он тут же был назван Лучшим Мужчиной, целью стало замужество на нем, а смыслом жизни родить ему армию маленьких разбойников и жить счастливо где-то в пригороде, недалеко от всей родни. Лучший Мужчина этого энтузиазма не разделял, но быстро сдался. И совсем закономерным итогом стала беременность Джози. Тогда уже осталось только утрясти последние формальности с родителями Лучшего Мужчины и все - самое время примерять фату и влезать в свадебные туфельки.

Впрочем, со встречи с родителями Лучший Мужчина не вернулся. Не появился он и через неделю, через месяц, через полгода. И чем больше рос живот Джози, тем сильнее вырастала ненависть к Лучшему Мужчине. Порицание семьи, гневные тирады на итальянском, что его обязательно найдут и привезут, так и остались гневными тирадами. Джози родила девочку, которую назвали Паолиной.

А Джозиана, стоило ей только поправиться после родов, обросла таким слоем ненависти и жесткости, что даже напускной кротости от нее невозможно было увидеть. Она поняла, что больше никогда не полюбит никого, кроме своего ребенка. И принялась строить карьеру. Через несколько лет в Лондоне, а затем и в других городах стали появляться итальянские закусочные, которые были названы "Быстро и вкусно", а Джозиана превратилась не просто в сильную женщину, а еще и в непримиримую бизнесвумен. 

Догадки о том, кем был тот Stronzo, которого она раньше считала Лучшим Мужчиной, пришли в тот момент, когда оказалось, что ее дочь - волшебница. Она до сих пор ходит в церковь Святого Антония каждое воскресенье и ставит свечку “за упокой души того stronzo” — хотя знает, что он жив. А что было дальше - трудно уместить в пару строк, этот путь до Матриарха Марчетти будет ясен только тогда, когда сама мисс Марчетти захочет о нем рассказать.

Привет, мам! Тебе всегда было со мной тяжело, я знаю. Прости, что я не попрощалась, и заставила тебя думать, что я погибла. Но у меня есть новости: я встретила своего отца. Хочешь посмотреть в его наглую рожу?

Хэмиш Грант был странным человеком. Почему был? Тут всё просто, Хэмиш уже шесть лет как мертв, хотя он сам иногда про это забывает.
Почему странным? Это уже вопрос куда более серьезный.
Он коренной шотландец, из тех кто говорит с ужасным акцентом и ненавидит всех не_шотландцев. У него была коллекция килтов, своя волынка и поистине скверный характер. Настолько скверный, что все его потомки уже давно сбежали, даже не просто из Хогсмида, а сразу из всей Великобритании. Его дети и внуки ещё 30 лет назад перебрались в Австралию и с дедом никаких контактов не поддерживали, жена умерла ещё раньше. И у Хэмиша остался только бар.
Бар. Это то, что объединяет Ричарда и Хэмиша. Когда Хэмиш умер, прискорбно рано для мага, его родственники, недолго думая, продали бар, даже не зная что продают его вместе с дедом. Да, Хэмиш остался призраком, но его семье до этого не было дела, они избавились от семейного бара и были таковы.
А Ричард получил дом, бар и склочного деда в комплекте.
Бар был не самым популярным местом в Хогсмиде. "Запретная секция" славилась своим фирменным ликёром, придуманным прадедом Хэмиша, но в остальном гостей было мало, дизайн устарел, рекламы не было. И тут пришел Ричард, малолетка, буквально в два раза младше покойного владельца. И взялся всё переделывать. Сделал "Запретную секцию" модным местом для элиты Хогсмида.
И, конечно, Хэмишу это совсем не понравилось.

На какой теме сидишь ты?
активная игра ● бесплатные твинки ● расы

Ты должна была стать великой. Великой и известной, как твоя бабушка - великолепная Селестина Уорлок, чей голос вылетал из каждого приемника на шестнадцать раз на дню! Но кем ты стала, Жози? Что с тобой случилось?

Этот выпуск весь в принципе из рытвин, ссадин и шрамов. Ты не стала исключением. Свою маму ты не знала - она умерла, когда тебе не было и года, и за твое воспитание взялась бабушка. Но ты не видела и бабушку - лишь на колдографиях. Ты ее не слышала, она не пела тебе колыбельные - тебе достались лишь ее бесконечные сборники песен и раскиданные по дому партитуры. Но у тебя был дед - высокий и красивый, безумно богатый нувориш, позволяющий тебе все. У тебя был старший брат - твой защитник и верное плечо. У тебя были мы - твоя банда, которая разбивала носы за просьбы раздобыть автограф бабушки или проходку на ее очередное шоу. Но тебе было... Плевать? Да, кажется, это подходящее слово.

В школе ты была настоящим невинным и нежным ребенком. Мечтала о большой любви, недолюбленная ни одним из родителей. Мечтала стать знаменитой, чтобы бабушка тебя точно заметила. Мечтала стать кем-то большим, чем внучка Селестины Уорлок. Но ты не стала. Прости, Жози. Но это не история успеха. Это история боли. История слез в подушку, игр в барах на гитаре. История алкогольных и наркотических зависимостях и тому, как ты чуть не умерла. Но обо всем по порядку.

Когда мы закончили школу, твоя жизнь резко обеднела. Нет, у твоей семьи всегда был достаток, тут речь о богатстве друзьями, которые разлетелись как лепестки яблоневых деревьев. Ты осталась одна, и поняла, что у тебя нет никого, кто бы мог стать тем самым важным человеком в твоей жизни. Бабушка? Какая бабушка? Которая проводила в гастролях больше времени, чем дома? Брат? Тот самый, что загремел в Азкабан сразу же после школы из-за глупой случайности и после подсел на наркотики? Дед? Этот мужчина, что отправлял домой чеки и проводил все твои каникулы со своей вереницей любовниц в Сен-Тропе, Доминикане, в Марокко? Огромное поместье Уорлоков, заваленное подарками и охраной, стало твоей тюрьмой. И ты поняла - если не попытаться пробиваться самой, то ты ничего не добьешься. Взяв лишь пару сотней галеонов на первое время и небольшую сумку вещей, ты отправилась в свое личное путешествие по Британии в поисках той самой сцены, которая станет для тебя ступенькой наверх.

Вместо сцены ты нашла забвение. Перебиваясь случайными подработками ты прошагала всю Британию от Киркоула до Пензанса. Деньги закончились в первом же городе, ты не привыкла жить скромно. Эта привычка пришла к тебе позже, когда ты спала в заброшенных сараях и питалась тем, что удалось найти. Оказалось, что в тебе совершенно нет матушкиного таланта к музыке. И, если с навыками игры на гитаре еще все было замечательно, то с голосом... Недовольные крики ты слышала чаще, чем гром аплодисментов.

Ты надолго засела в Белфасте. Не пренебрегала и маггловским миром - голод был важнее принципиальности. Там ты нашла музыкальную группу, которой так нужен был хороший гитарист. Ты подошла идеально, а решающим стала взаимная влюбленность с вокалистом группы. Турне, гастроли, фанаты... На какой-то момент ты подумала, что вот она - жизнь, в которой ты точно найдешь свое место! Деньги полились рекой. Алкоголь, наркотики, безумно сильная любовь с твоим вокалистом - все было так хорошо. Ты не сразу заметила, как ввязла в это по уши. Только скользнувший по тебе взгляд бабушки, с которой вы встретились в каком-то городе - в нем было столько... Брезгливости? Плевать, не важно! Это все не важно! Ты закрываешь глаза в одной городе - просыпаешься в другом. Ты закрываешь глаза...

И просыпаешься, судорожно смывая кровь со своих рук и одежды. В гостиничном номере - никого, лишь ты и тело твоего любимого с проломленной головой. Ты спешно собираешься и уезжаешь из Ирландии, меняешь имя. Пытаться вспомнить, что произошло ты даже не хочешь. Лишь в голове, всполохами, стоит только закрыть глаза - несущаяся на тебя любовь с ножом, ты, прикрывающая свое тело от пальцев, ты, выкрикивая заклинание, опускаешь ему на голову вазу с цветами.

Ты снова в Лондоне, Жози.

Или как тебя сейчас зовут?

Мы с тобой не просто учились вместе. Мы с тобой спали на соседних кроватях, ходили на одни занятия, носили парные кулончики и были не разлей вода с первого и по самый последний курс. Ты была моим самым верным болельщиком, самым трепетным адвокатом и самой верной подругой. Поэтому, когда после выпуска я оборвала любые связи и уехала на другой конец Англии за своей командой по квиддичу, ты затаила огромную обиду. Ты не знала, что я в один миг потеряла всю свою карьеру в квиддиче, но если бы узнала, то испытала очень странные эмоции - от завистливой радости до грусти. Мы встретимся случайно, Жози. И, скорее всего, нам придется пройти через огромную кучу проблем, но разве мы не были близки раньше? Разве не было в нас того самого, чудесного единения душ?

Мы встретимся обязательно, Жози. И, скорее всего, снова обратимся друг к другу сердцами, ведь нам так много нужно друг другу рассказать.

Проклятие средних детей — никто не помнит, как они росли.
Когда родился Джеймс, Гарри и Джинни неожиданно поняли, что они совершенно не готовы к такому повороту событий, хотя готовились они будь здоров. Джеймс был характерным и своевольным, заводилой подстать своему старшему кузену, Лили была бешеной обезьяной лет эдак до шести, да и после шести шило у нее не особенно успокоилось. Альбус, который родился почти ровно между ними, был спокойным и рассудительным ребенком, не любящим ни истерить, ни что-то кому-то доказывать. Нельзя? Ладно, нельзя так нельзя. Не получится? Ну и фиг с ним, делайте сами.

Так и вышло, в общем-то, что на любой вопрос об Альбусе в детстве Гарри и Джинни недоумевающе смотрят друг на друга и разводят руками. Они не помнят, бушующие сиблинги Ала перетягивали на себя буквально все внимание, и все, что остается среднему ребенку сейчас — это "ну, ты был спокойным ребенком и не доставлял нам проблем".

Отправляться в Хогвартс было страшно и ожидаемо. К тому моменту практически все их родственники уже учились там, Джеймс так и вовсе пугал брата всякими ужасами. Например тем, что его распределят на Слизерин. Все в один голос твердили, что это не страшно (ну, кроме, конечно, дяди Рона), но мнение Джеймса всегда было для Альбуса определяющим — его брат, куда более серьезный, чем год назад, со всей торжественной серьезностью говорит, что на Слизерине учатся только темные волшебники, и если он попадет на Слизерин...
Альбус не попадает. Перепугавшись до полусмерти, впившись пальцами в колченогий стул, он пользуется советом отца и умоляет Шляпу отправить его на Гриффиндор. Там учатся почти все его родственники, там его настоящий дом и там ему будет лучше всего. Шляпа даже не пытается его уговаривать.

Когда ты растешь в семье героев войны — Избранного и звезды квиддича, у тебя перед глазами есть четкий пример для подражания. Альбус всегда хотел идти по стопам своих родителей, добиться в жизни чего-то исключительного. Он хотел стать аврором как отец, и поэтому еще на первом курсе точно знал, какие предметы ему понадобятся и какие экзамены он будет сдавать по окончании школы.

Он не трус и никогда им не был, да и если бы был, вряд ли Шляпа отправила его на Гриффиндор даже после слезных просьб. Он никогда даже не думал о подобном, но оказавшись лицом к лицу с врагом (в роли врага выступал боггарт) он просто замер на месте и едва не умер от остановки сердца, потому что страх вызвал в нем настоящую паническую атаку, а та — невозможность дышать. Боггарта запихнул обратно в сундук отец, и они условились никогда не говорить о том, что именно произошло. Поэтому для всех он не прошел медкомиссию.

После всех учебников, зелий, после всех знаний, которые он усердно впихивал себе в голову на протяжении стольких лет, он не подумал о том, что может просто не подходить для такой работы. Альбус чувствовал себя обманутым, но что еще хуже — невероятно, непроходимо тупым. И недостойным, чего уж молчать — он был абсолютно уверен, что Джеймс с легкостью прошел бы это испытание, если бы захотел, что Лили ничто в мире не заставило бы остановиться. А он оказался вот таким. Трусом, слабаком. И никакие знания не помогли ему пересилить себя.

Кто-то из авроров сказал ему не расстраиваться, что с "Превосходно" по зельям он вполне может попробоваться в колдомедики. Так он и попал в больницу, и с тех пор как-то не стремится никуда дальше. Потому что да, он не был заточен под аврорские дела, но у него оказался настоящий талант к целительству, который он успешно игнорировал в угоду своей мечты. Когда у тебя с легкостью получается то, чего ты раньше не делал, это страшно мотивирует — вот Альбус и задался новой целью, выучиться на настоящего колдомедика.

Целитель, к которому его приставили интерном, куда больше любит заливать за воротник, чем общаться с пострадавшими, и Альбус его за это, в общем-то, не винит. Работать с хит-визардами — та еще задачка, то проклятие приходится снимать, то руку, сундуком откушенную, заново отращивать, то еще что. Иногда приходится выезжать на вызовы, Поттер ни за что не признается, но ему даже нравится быть специалистом широкого профиля, и самую малость — хотя бы частично принадлежать делу, к которому он так долго стремился. Мешки под глазами и нашедшая свое место вторая рюмка в потайном ящике шефа неоднозначно говорят о том, что Альбус уже сжился с ролью доктора, стремление говорить заумными фразами вместо того, чтобы просто соврать, где он работает, наверное, говорит о семейном сходстве с прочими идиотами. Хотя страсть к заумным фразам у него всегда была, он просто никогда не понимал, что другим они кажутся заумными.

---

"Талантливый колдомедик с большим потенциалом" (ц), прекрасный зельевар, способен быстро читать и вычленять необходимую информацию. Может продержаться на ногах трое суток и работать, на четвертые приходят галлюцинации и приходится насильно запихивать его в одну их палат (проверено). Отлично летает на метле, хотя делает это довольно редко и в качестве развлечения. Может поставить диагноз даже будучи в алкогольном опьянении (но не сильном, сильное тянет его на подвиги, после которых ставить диагноз придется уже ему).

Альбус - специалист широкого профиля, прикреплен к особому отделению на первом этаже мунго, которое отведено под раненых на заданиях хит-визардов - своеобразный травмпункт для тех, кто готов ринуться в бой даже на сломанной ноге. Теодард долгое время был главой хитов, пока его не повысили, поэтому с Альбусом они знакомы давно. Сейчас место главы хит-визардов занимает Матиас.

Юфимия - искренне восторженная идеалистка с добрым сердцем и очень острым языком. Десять лет назад ее буквально вырвали из глухого ирландского леса, и она, кажется, только этого и ждала. Теперь она - самый яркий и часто упоминаемый пример успешной натурализации ведьм в Обществе Реформации Ведьм. По крайней мере, сама Юфимия в это свято верит: ведьмы могут и должны жить в гармонии с городом, не теряя связи с природой.

Она помогает всем, кто к ней обратится: новенькой банши, старой ведьме, которая боится мобильного телефона, или заплаканной Младшей из ОРВ. Ее забота проявляется в мелочах - успокаивающий отвар, слишком крепкие (и неловкие) объятия, возвышенные слова про душу момента и эфирные вибрации.

Однако под этой мягкостью и театральной манерностью прячется острый, как шип, язык. Когда ее выводят из себя (а это случается регулярно - особенно с невежественными бюрократами и волшебниками), она способна выдать такую язвительную фразу, что воздух вокруг начинает потрескивать от неконтролируемой магии. Поэтому Юфимия сознательно держит себя в рамках преувеличенной вежливости и манерности, мило улыбаясь даже тогда, когда внутри все кипит.

Говорит она с легким театральным придыханием, длинными красивыми формулировками, руками рисует в воздухе невидимые руны и потоки энергии, а когда объясняет что-то важное - почти поет. При этом остается трогательно неуклюжей: может споткнуться о собственную юбку, пролить зелье или запутаться в шали в самый патетический момент. После этого краснеет, поправляет волосы с и достоинством заявляет, что так и было задумано.

Именно Юфимия вызвалась обучать Опал, когда ту привели к ведьмам. "Если получилось у меня - получится и у этой дикой девочки!" - решила она. Она относится к банши с огромной нежностью и терпением: говорит медленно и возвышенно, хвалит даже за крошечные успехи. Когда Опал рисует на дощечке что-то саркастичное про саму Юфимию, та сначала делает обиженное лицо, а потом заливается смехом и крепко обнимает ученицу.

Опал, в свою очередь, слушает мисс Ширкинс примерно в 30% случаев, а в остальные 70% поступает по-своему. Но даже она признает: Юфимия - единственная взрослая, которая не пытается задушить ее заботой и не делает из нее замену кому-то. Она дает пространство. Пусть и пытается это пространство обязательно утеплить и облагородить.

Юфимия готова рискнуть своей безупречной репутацией в ОРВ, лишь бы дать Опал чуть больше свободы. А Опал готова иногда надевать ненавистные ботинки и слушать про лавандовые вибрации, потому что знает: мисс Ширкинс - это тот человека, который будет бежать за ней с курткой и растрепанной шалью даже тогда, когда весь остальной мир давно отвернется.

Какой чистокровный волшебник после Хогвартса подает документы в Оксфорд? Какой чистокровный прячется от войны в маггловском мире, дотошно изучая каждый дюйм чужой (и чуждой) культуры, не обращая внимания на призывы семьи, но стоит войне появиться на пороге, кидает все силы лишь бы защитить то, что ему дорого?

Тогда-то я и узнал, кто ты на самом деле. Для сквиба тех лет волшебник, который общается с ним на равных, это что-то дикое и удивительное. Ты научил меня варить зелья, искренне считая, что для этого не нужна никакая магия. Ты рассказал мне про все свои защитные приемы. Ты стал для меня проводником в мир магии - обратно, в мир, где я родился, и где я бы никому не нужен. Ты поддерживал меня на каждом шагу, и я старался отвечать тем же.

Ты всегда был хорошим другом, Уилф. Мы многое друг другу дали, но никогда рядом с тобой я не чувствовал, что мной пользуются. И никогда не чувствовал себя хуже, чем ты. Может быть, я не целиком обязан тебе своим положением, но без твоего влияния я никогда не зашел бы в Дырявый котел и не помог бы всем этим людям и призракам. И теперь, я верю, в этом новом мире такая дружба как наша может свернуть горы.

---

А теперь честно: мне нужен свой человек в Визенгамоте. Тот, кто хорошо разбирается в маггловских законах и сможет (хотя бы относительно) рассматривать все острые дела, не вовлекаясь в них эмоционально. Я думаю, в свое время он в Оксфорде так и оказался - кресло в Визенгамоте всегда передается по наследству, и побег Кидда был спланирован (возможно, только им, возможно, всей его семьей), чтобы быть как можно дальше от Министерства во время войны, и одновременно получить как можно больше знаний "с другой стороны". Потому что Кидды умные и прекрасно понимали, что маятник, который оттянули в одну сторону, неизбежно полетит в ровно противоположную.